Белорусский Союз Архитекторов

Быть недовольным собой – это нормально

Конечно, каждому из нас когда-то приходилось начинать.

Но услышать такое признание из уст самого Альберта Моисеевича Изаксона — старейшего ГИПа и настоящего профессионала в проектировании — кажется невероятным. Оказывается, придя в проектный институт «Полесьепроект» со стройки, где пять лет провел на линии в качестве мастера и прораба, он сильно робел, считая, что в этой организации работают исключительно боги. Однако его производственный опыт сослужил добрую службу: первые же выполненные им проекты показали, что он отлично разбирается во всех тонкостях дела. Лишь три месяца потребовалось на то, чтобы из рядового сотрудника он стал старшим инженером-конструктором. А дальше его ждал путь к высшей ступеньке в проектной иерархии — должности ГИПа, которую он занимает уже 18 лет из 39-ти, отданных институту.

«Никогда не думал, что буду проектировщиком, — говорит Альберт Моисеевич. — До этого строил воочию, а здесь — с карандашом. Просто повезло, что сразу достался такой слож­ный и ответственный объект, как учебный корпус Мозырского педуниверситета. С него я и начал. На таких объектах можно было многому научиться».

Сегодня у Альберта Моисеевича уже несколько иная специфи­ка работы. На чертежах мы видим только его подпись. Но сколько труда и глубоких раздумий скрыто за простым на первый взгляд росчерком пера! За всё, начиная от исследова­ния грунтов и заканчивая последним кирпичом на стройке, а также за состояние объекта в ходе эксплуатации ГИП несет персональную ответственность. Организация производства, про­ектирование, авторский надзор, увязка инженерных сетей, составление смет — об этом и многом другом должен позабо­титься главный инженер проекта. А еще своевременно изучить новые материалы и конструкции, которые можно будет приме­нить в том или ином проекте. В общем, дел невпроворот. Объем заказов настолько велик, что вместе с коллегами Альберт Моисеевич проводит на работе и вечера, и субботние дни. И хотя такой напряженный ритм выдерживать сложно, опытный специалист с ужасом вспоминает времена, когда институт был на грани организации альтернативного вида деятельности: что-то наподобие открытия в книжных магазинах отделов хозтоваров и нижнего белья. И только мудрые шаги тогдашнего дирек­тора В.С.Герасимова, который ездил по всей Беларуси в поис­ках объектов, помогли выбраться из кризиса и сохранить костяк коллектива. С тех пор частые командировки для ГИПа—неотъем­лемая часть рабочего процесса.

Так за что же он любит свою работу? Неужели за ту огромную ответственность, которая делает напряженными дни и бессон­ными ночи? Или за мучительные многочасовые размышления в поисках оптимального решения? «Моя работа прекрасна уже тем, что я вижу ее результаты, — рассуждает Альберт Моисее­вич. — Даже выглянув из окошка кабинета, могу лицезреть здания «Агробанка», госстраха, бывшего коммерческого уни­верситета, в разработке которых принимал непосредственное участие. И потом, я очень комфортно ощущаю себя в коллекти­ве, чувствую уважение со стороны тех, кто трудится рядом. Что и говорить — родной коллектив!

А то, что постоянно мучают сомнения, и мысли не отпускают даже дома, — естественный процесс. Всегда так бывает: про­ходит год после сдачи объекта, и появляется неудовлетворен­ность. Хочется что-то исправить, поменять, сделать еще лучше и красивее. Наверное, так у любого проектировщика, который работает творчески. Это нормально — быть недовольным со­бой».

Такое требовательное отношение к самому себе Альберт Моисеевич прививает и молодым коллегам. «В принципе, уже замечено, — говорит он, — что, если у человека есть желание научиться, из него выйдет проектировщик». А помочь тем, кто этого хочет, он всегда готов — учитель строгий, но знающий и не боящийся этими знаниями делиться с другими. Потому и ученики у него — сплошь профессионалы. Иначе и быть не должно. Помните? Плох тот ученик, что не превзошел своего учителя. Истина, не требующая доказательства.

Однажды и навсегда

Главный архитектор проектов этого же института, член Союза архитекторов Беларуси И.Н.Кравец не любит позицио­нировать себя как самостоятельную величину, при каждом удобном слу­чае напоминая о том, что проектиро­вание — коллективный труд. Однако вряд ли кто-то возьмется оспорить его авторство в создании таких ори­гинальных разработок, как исторический замок на Горе коммунаров в Мозыре, памятный знак жер­твам Чернобыля, реконструкция Кур­гана Славы, здание «Промстройбан­ка», Новоапостольская церковь (за этот проект Иван Николаевич вместе с конструкторами В.А.Замыко и В.Н.Семитко был удостоен диплома престижного республиканского фес­тиваля архитектуры в номинации «Куль­товые здания»). Весомость его вклада в придание городу Мозырю неповтори­мого облика настолько очевидна, что можно с полным основанием говорить об этом человеке, как о корифее архи­тектуры. Подумать только! А ведь ког­да-то он мечтал быть живописцем, и никем иным.

«Это было жуткое увлечение! — рас­сказывает Иван Николаевич. — Вырос я в деревне на Брестчине, преподава­теля по рисунку в то время в школе не было, и мне до всего пришлось дохо­дить самому. Вместе с другом, также не выпускавшим кисточки из рук, мы поднимались ни свет, ни заря, выходи­ли в поле и рисовали, рисовали... Желание научиться было огромным. Родители не жалели денег на краски и бумагу, а вот подсказать, с чего начи­нать, никто не мог.

По окончании десятилетки всерьез был нацелен на поступление в художе­ственное училище, но документы пред­сказуемо пришли обратно. Лишь спу­стя некоторое время я осознал, что замахнулся на невозможное: азов ху­дожественной школы у меня не было, да и работы не дотягивали до требуе­мого уровня.

Очень расстроился, думал готовить­ся еще, но встретил своего классного руководителя, и тот подсказал, что в Брестском инженерно-строительном институте открывается архитектурный факультет, где среди прочих есть эк­замен и по рисунку. Так я стал студен­том, а затем и первым выпускником архитектурного факультета БИСИ».

В народе не зря говорят: в жизни нет ничего более постоянного, чем вре­менное. Думая, что едет в Мозырь по распределению ненадолго, Иван Ни­колаевич задержался здесь навсегда. Сначала привлекло то, что в городе разворачивались грандиозные строй­ки нефтеперерабатывающего завода и завода кормовых дрожжей, была возможность по­лучить жилье, а затем работа проекти­ровщика так захватила молодого спе­циалиста, что он и думать забыл о других вариантах трудоустройства.

Правда, первое впечатление о Мозыре было не самым ярким. Город показался Ивану Николаевичу грязным и провинциальным, с узкими брусчатыми улицами, где пешехода легко могла окатить градом брызг любая проезжавшая машина. Тем охотнее новоиспеченный архитектор взялся за проектирование, попав в мастерскую В.М.Иванова (АКБ-2), где трудится по сей день – уже 37 лет. Из объектов, которые в прямом смысле оказались выстраданными, Ивану Николаевичу запомнился один — жи­лой дом на площади Ленина, объединенный в ансамбль с книжным магазином «Светач».

«Это был первый дом большой этаж­ности в Мозыре, — рассказывает И.Н. Кравец. — Сначала на этом месте планировалось возвести 5 этажей, но мы рискнули сделать 13, и «Госстрой» принял наш вариант, хотя по тем временам (это был 1975 год) индиви­дуальным строительством особо ув­лекаться не разрешали.

Мы очень много работали по вече­рам (это сейчас есть компьютерная техника, можно делать эффектные подачи, а тогда всё выполнялось вруч­ную), оформляли планшеты, прохо­дили множество согласований на всех уровнях, включая республиканский. А защита своего детища — это всегда волнение, переживание. Надо суметь ответить на все вопросы, с достоин­ством выйти из сложных ситуаций, отстоять свою позицию. Нет того ар­хитектора, который бы хотел, чтобы его объект был заурядным. Всегда стремишься к тому, чтобы за него не было стыдно, ведь его никуда не пе­редвинешь, не спрячешь. И, глядя на него, будут говорить о тебе».

Вдохновение для архитектора — вещь необходимая. Но, как говорит Иван Николаевич, на одном вдохновении далеко не уедешь. Сесть и сразу со­здать нечто выдающееся невозможно. Всё гораздо сложнее. Архитектор лишь идет «впереди паровоза», опре­деляя, каким быть зданию. Всё ос­тальное обустраивается конструкто­рами, электриками, сантехниками. По­этому, кроме профессиональных навыков, считает Иван Николаевич, архитектор должен иметь широкий кругозор, постоянно держать руку на пульсе последних разработок веду­щих коллег из разных городов не только Беларуси, но и других стран.

Увлеченность профессией И.Н.Кра­вец передал сыну. Тот стал архитек­тором, и, по мнению отца, хорошим, что является поводом для родитель­ской гордости и уверенности в том, что дело Ивана Николаевича не ум­рет. Дочь также проявляла большие способности к рисованию, но в итоге стала врачом-стоматологом.

А занятий живописью Иван Никола­евич всё-таки не оставил. Это как настоящая любовь: однажды и на­всегда. Ночами сидел над мольбер­том, не замечая, что за окошком уже розовел рассвет, — другого времени не было. Зато добился в изобрази­тельном искусстве заметных успе­хов: его персональные выставки не раз организовывались в Мозыре, Го­меле, филиале Национального музея Республики Беларусь в поселке Криничный Мозырского района, его работы экспо­нировались рядом с картинами изве­стных мастеров кисти Мозырщины. И это лучшее воплощение детской мечты.

Светлана Богуш, г. Мозырь,

"Республиканская строительная газета"